«Фантастика дает уникальный шанс использовать метафоры и аллегории»

CINEMOTION_LAB: Ваши самые известные работы – это фильмы в жанре научной фантастики. Как вам кажется, какие возможности дает этот жанр сценаристам?

КЕННЕТ ДЖОНСОН: Когда работаешь с фантастикой, у тебя появляется уникальный шанс использовать метафоры и аллегории. В случае с «V» я начинал писать сценарий как реалистичную драму, рассказывающую про настоящих людей, вовлеченных в новое политическое движение, которое потом оказывается фашистским по своей сути. Чем больше я работал над идеей, тем больше я склонялся к мысли сделать антагонистов инопланетянами. Когда нацисты только начинали действовать, они представили миру маску, фальшивое лицо. Так же и мои пришельцы: сначала они выглядят как люди, но потом оказывается, что под человеческой кожей скрываются страшные чудовища-ящеры. Таким образом, у зрителей «V» возникали ассоциации с историческими событиями, и это помогало людям понять, что мы хотели сказать.

CL: Можно ли было выразить эти мысли в реалистичном фильме про Вторую мировую войну?

КД: Можно. Такие фильмы снимали и будут снимать, но аллегории позволяют зрителю взглянуть на эту историю немного с другой стороны. Люди любят слушать истории, в которых встречаются метафоры и аллегории. С тех пор как люди научились говорить, они садились у костра и рассказывали друг другу истории, в которых был заложен какой-то более глубокий смысл. Их передавали из поколения в поколение, рассказывали по-новому, с другими интонациями, но суть оставалась прежней. Для меня «V» – интересная история еще и потому, что она не привязана к конкретной эпохе. Так же, как и «Халк». Это история про человека, играющего с вещами, которые лучше бы оставить Богу. Главный герой попадает в беду из-за того, что пытается получить доступ к скрытым ресурсам организма. Он одержим этой идеей. Его упорство переходит всякие границы. Человек иногда думает, что способен что-то совершить, хотя на самом деле у него кишка тонка.

Возьмите Шекспира. У него есть великие творения, но иногда я думал: «Боже, Уилл, этот кусок ты мог бы и вырезать. Было бы динамичнее». 

CL: А как вы работаете над своими сценариями?

КД: Я начинаю со сбора материала. Много читаю, нахожу информацию по кусочкам из самых разных источников, пока не почувствую, что собрал достаточно. После этого я отключаю телефон, закрываюсь в кабинете и наговариваю идеи на диктофон. Я делаю это несколько дней, записываю все, что приходит мне в голову, каждую мелочь. Это своеобразный мозговой штурм для одного человека. Потом я печатаю все идеи на отдельных полосках бумаги и делю их на категории: сюжет, персонаж, сцена... Так постепенно у меня вырисовываются основные сцены всех трех актов, и я составляю поэпизодный план. После чего начинаю развивать историю, отталкиваясь от этого сжатого варианта.

CL: Какие качества вы считаете для сценаристов самыми важными?

КД: Самое главное для сценариста – это быть начитанным. До того как написать свой первый сценарий, я перечитал сотни пьес. Только так можно научиться отличать хорошие произведения от плохих, выработать критический взгляд на работу. Возьмите Шекспира. У него есть великие творения, но иногда я думал: «Боже, Уилл, этот кусок ты мог бы и вырезать. Было бы динамичнее». Чем больше вы читаете пьес, сценариев, ходите в кино, театры, тем лучше вы начинаете это чувствовать. А еще нужно учиться слушать, как люди разговаривают. Когда я работал над «Бионической женщиной», я много наблюдал за исполнительницей главной роли, Линдси Вагнер, вне съемочной площадки. Она была очень энергичная, непосредственная и забавная. В ней всегда бурлила энергия, и это отражалось на ее манере речи. Я слушал, как Линдси говорила, какие употребляла речевые конструкции. А потом использовал это при написании реплик ее персонажа в сценарии. Она иногда говорила: «Кенни, я не понимаю! Как ты так пишешь, что мне ничего не нужно менять в диалоге. Представляешь, я бы именно так эту фразу и сказала!»

Я предлагаю каждому сценаристу найти себе друга-актера, который бы согласился сесть с ним на кухне и просто почитать сценарий. Это очень полезно. 

CL: У вас есть уникальная возможность не только писать сценарии, но и слышать, как актеры их читают. Часто ли актеры попадают в те интонации, которые вы закладывали при написании диалогов?

КД: С диалогами вообще интересно получается. Ты пишешь фразу, представляешь, как она должна звучать до малейших нюансов. Потом начинаются репетиции – и актер читает твой текст абсолютно по-другому... отчего тот вдруг становится лучше! В таких случаях я обычно подхожу к актеру и говорю: «Молодцом! Ты так точно уловил, что я хотел сказать!» Никогда не знаешь заранее, что актер привнесет в диалог. Бывает и по-другому: на прослушивание приходит много актеров, они по очереди читают одну и ту же сцену, и ты понимаешь, что она совершенно не работает. Ты думаешь: «Черт! Придется все переписывать!» Но затем заходит следующий актер, и в его исполнении сцена становится безупречной.

CL: Как можно развить умение писать диалоги?

КД: Я предлагаю каждому сценаристу найти себе друга-актера, который бы согласился сесть с ним на кухне и просто почитать сценарий. Это очень полезно. Сразу начинаешь слышать, как звучит твой текст. Тут же появляются какие-то озарения. Многие сценаристы не уделяют такой работе времени и тем самым лишают себя чудесной возможности лучше понять, как строится диалог.

CL: А что делать, если диалог все равно звучит плохо?

КД: Если вы полностью уверены, что диалог написан правильно, то лучше всего попробовать его прогнать еще пару раз с другими актерами – вполне возможно, что у них получится оживить сцену.

Любому творческому человеку важно понимать, что гораздо чаще его работу будут отвергать, чем принимать.

CL: Что бы вы посоветовали тем, кто только начинает работать?

КД: Любому творческому человеку важно понимать, что гораздо чаще его работу будут отвергать, чем принимать. Поэтому нужно очень-очень-очень-очень любить то, что вы делаете. Многие, получив несколько отказов, сдаются. А нужно быть настойчивым и не сдаваться. Это приносит успех. У меня целый шкаф забит сценариями. Около 120 штук. Из них закончены 70-75. Примерно за половину из них я получил деньги. Снято было, кажется, 19. И это неплохое соотношение. На каждые пять начатых сценариев приходится один снятый. Но задумайтесь о тех ста, которые не сняли. Представляете, сколько раз я получал от ворот поворот?

CL: А есть признаки, по которым можно понять, что на самом деле это просто не твой путь и тебе лучше сдаться?

КД: Знаете, многие из тех, кому следовало бы задуматься над этим вопросом, делают неплохую карьеру. Посредственных сценаристов очень много. Возможно, однажды они написали что-то успешное, после этого люди говорят:  «Ну ладно, у него уже есть хит, давайте дадим ему еще миллион долларов». И только после 3-4 провалов на нем могут поставить крест.