«Опытные сценаристы бьются до конца»

CINEMOTION_LAB: Чем занимается креативный продюсер?

НАТАЛИЯ КЛИБАНОВА: Моя задача — найти в потоке сценариев перспективные. Если генеральный продюсер поддерживает проект, который я предлагаю, то мы приступаем к его разработке. Я составляю аннотацию, синопсис и делаю презентацию для инвесторов. После этого начинаются переговоры с режиссерами, мы набираем съемочную группу, проводим кастинг. Дальше моей задачей становится упаковка и прокат того, что мы «наснимали».

CL: Разве описание персонажей, составление синопсиса — это не работа сценариста?

НК: Бывает по-разному. Например, мы много работаем с Олегом Маловичко. Я конечно понимаю, что Олег пишет лучше, но я как маркетолог, могу сделать акцент на деталях, важных для успешного проката. Олега интересует, как создать хороший сценарий, а не то, как собрать больше денег. И это правильно. Сценарист должен волноваться за качество истории. Прибыль — моя забота.

Важное отличие профессионального сценариста – умение выдержать весь сценарий в одном жанре.

CL: Как вы работаете с редакторами?

Кинокомпания «Красная Стрела» была создана в 2005 году Валерием Тодоровским, Вадимом Горяиновым и Дмитрием Месхиевым.
 
Компания выпустила фильмы:
«Тиски»,
«Реальный Папа»,
«С.С.Д.»,
«Стиляги»,
«KISLOROD»,
«Пикап. Съем без правил»
и другие.

НК: Обычно мы делаем все своими силами. Читаем сценарий и обращаем внимание на слабые сцены, которые нужно доработать, проблемы в диалогах или нарушения логики. Составляем список: что не нравится, как бы хотели это изменить. Этот список мы обсуждаем с генеральным продюсером и, после того как придем к согласию по всем пунктам, отсылаем наши замечания сценаристу. Позже в работу включается еще и режиссер, который тоже вносит изменения в сценарий. В моей практике никогда не было такого, чтобы режиссер прочитал сценарий и сразу сказал: «Отлично! Давайте снимать».

CL: Эти изменения обычно как-то обговариваются со сценаристом?

НК: Да, конечно. Мы всегда предлагаем автору доработать сценарий. Если он говорит, что устал и уже не может, выдохся, перерос проект, то нет смысла его мучить. В таких случаях, как правило, автор сам не имеет ничего против того, чтобы мы внесли изменения в его сценарий. Правда, это в большей степени относится к начинающим авторам. Опытные сценаристы «бьются до конца».

CL: А что еще отличает профессионального сценариста от непрофессионального?

НК: Непрофессионалы, как правило, пишут о том, что интересно им самим. Профессиональный сценарист умеет писать под заказ, даже если он «не в теме». Я понимаю, далеко не каждый автор может работать во всех жанрах, — есть сценаристы, которые никогда не напишут комедию, боевик или мюзикл, зато создают такие драмы, что ты читаешь и рыдаешь навзрыд... У каждого свой подход к работе, который зависит от того, где человек учился, что он читал, какая у него жизнь. Но в любом случае, работая с опытным автором, ты можешь быть уверен, что сценарий будет на уровне. Профессионалу, например, не надо объяснять, что в истории должен быть главный герой, который претерпевает изменения на протяжении фильма и которому зрители будут сопереживать. Еще одно важное отличие профессионального сценариста — умение выдержать весь сценарий в одном жанре. Существуют определенные критерии, и за их рамки выходить нельзя, иначе зритель запутается и будет разочарован.

В любом первом драфте есть слабые места, но это не страшно. Важно, чтобы тебя увлекли герои.

CL: Как вы оцениваете качество сценария? Что для вас самое важное?

НК: Уровень сценария виден сразу — достаточно прочитать пару сцен и несколько диалогов. История не должна быть вымученной. Трансформация, которую герой претерпевает в результате произошедших событий и принятых им решений, должна быть достоверной. Когда я читаю хороший сценарий, история меня захватывает и в какой-то момент я перестаю профессионально оценивать ее недостатки и достоинства, а просто наблюдаю за персонажами и историей. Мне интересно, что будет дальше, чем закончится? Такой сценарий хочется дочитать до конца. Конечно, в любом первом драфте есть слабые места, но их можно исправить. Мелочи — это не страшно. Важно, чтобы тебя увлекли герои. А для этого одних теоретических знаний не достаточно. Нужен талант. Чисто механически, по схеме, можно написать «рабочий» сценарий, хороший — невозможно.

CL: Есть ли у сценариста со стороны шанс показать вам свой сценарий?

НК: Вообще, конечно, для нас идеальный вариант — работа со сценарным агентством: агентство отсеивает огромное количество низкокачественных работ, которые присылают в ответ на объявления на профессиональных сайтах и в социальных сетях. Но я всегда прочитываю заявки, синопсисы, которые мне отправляют напрямую. Мои контакты есть в интернете, иногда люди просто приходят, приносят свои резюме, работы. Так что заявки поступают постоянно, по 5-10 в день. Если я вижу что-то интересное, то обязательно откладываю в отдельную папку. Если заявка актуальна для нас, я свяжусь с автором. Единственный момент, о котором надо предупредить сразу: мы крайне редко читаем сценарий, если к нему не прилагается синопсис. Это физически невозможно, читать ежедневно по 5-10 сценариев, когда у тебя еще куча другой работы.

CL: Насколько важно, чтобы у автора на руках был готовый сценарий, когда он посылает вам заявку?

НК: На самом деле, это не важно. Чтобы не тратить силы и время впустую — напишите сначала синопсис. Из краткого описания очень многое становится понятным. Если история интересна, то продюсер даже поможет — подскажет, на что обратить внимание, где сделать акценты, что поменять. Это, конечно, касается, в первую очередь, начинающих авторов. Понятно, что профессионалы делают меньше ошибок. И, кстати, перед отправкой своих синопсисов или заявок я бы рекомендовала выслать распечатанный экземпляр себе по почте и хранить конверт, не вскрывая. Это поможет в любых спорных случаях защитить свои права.

Мы редко читаем сценарий, если к нему не прилагается синопсис.

CL: То есть случается, что сценарии воруют?

НК: Все бывает. Причем часто это происходит ненамеренно. У нескольких авторов одновременно может родиться одна и та же тема. Это как с научными открытиями, когда в одно и то же время в разных странах людям приходит в голову одна идея. А иногда, если через человека проходит много заявок, он может просто забыть, что он эту идею где-то читал, и принять за свою. Поэтому подстраховаться не помешает.

CL: Какие жанры вам сейчас наиболее интересны?

НК: Нам интересно хорошее кино. «Красная стрела» снимала и комедии, и мюзиклы, и драмы, и даже слешер. У нас, например, есть один проект исторического кино. Мы не собирались делать что-либо подобное, но когда нам в руки попал этот сценарий, мы поняли, что просто обязаны его купить. Это очень глубокая, красивая история c захватывающим сюжетом. Надеемся, что когда-нибудь ее снимем. Но наши любимые жанры: мелодрама и комедия... То, что интересно широкой аудитории. На комедии, особенно романтические, сейчас вообще очень большой спрос, так как главное слово нашего времени — «позитив». Все хотят хорошего настроения, сказки на экране и «аттракциона». Кинокомпании стремятся расширить свою аудиторию, и мы в том числе. Поэтому семейное кино, например, нам сейчас тоже очень интересно.

CL: У нас в стране начинают снимать сиквелы. «Стиляги» были одним из самых успешных фильмов 2009 года. Планируете ли вы делать продолжение?

НЛ: Возможно. «Стиляги» стали брендом. Открылись заведения с одноименным названиям (от школ танцев и музыкальных групп до салонов красоты и ночных клубов). Причем, не только в Москве, но и во многих региональных городах. Кино, что называется, пошло в народ. Поэтому, безусловно, мы думаем о продолжении.

CL: Как вы посоветуете учиться начинающим авторам?

НК: Изучать кино, смотреть как можно больше фильмов, начиная с черно-белых. Надо почувствовать, что такое хорошее кино. Попытайтесь понять, что вам нравится, составьте персональный рейтинг любимых фильмов. Обычно у автора хорошо получается писать в каком-то одном жанре. Универсальных сценаристов, как я говорила, очень мало.

Кино – вещь брутальная. Чем понятнее мысль, тем лучше.

Некоторые хорошо придумывают идеи, но не могут их правильно структурировать. Но без этого вы далеко не уедете. Анализируйте больше голливудских фильмов: их структура создается с математической точностью и в рамках одного жанра практически неизменна. Это важно, потому что зрителя нужно провести через определенные эмоциональные пики и спады. Он не может только плакать или только смеяться. Профессиональное образование может дать понимание структуры: что должно быть в завязке истории, как она будет развиваться, когда должна быть кульминация, как чередуются напряжение, саспенс и расслабление, как строится мотивация героев, причинно-следственные связи. Это та техника, которой учат в профессиональных вузах: во ВГИКе, на ВКСР, у вас в CINEMOTION читают мастер-классы интересные. Мастер-классы — это вообще очень хороший способ обучения. Они позволяют узнать последние тенденции, почувствовать, как развивается и куда движется индустрия кино.

CL: Должен ли автор стремиться обрести свой собственный голос, или ему стоит следовать советам других?

НК: Собственный голос и стиль должны быть обязательно. Этим и отличаются хорошие авторы. Но нельзя опираться только на собственное мнение. Авторы, режиссеры и продюсеры часто попадают в ловушку собственной точки зрения. Это мешает: вы теряете перспективу. Я советую давать свой сценарий читать другим людям из индустрии. Чем больше вы получите откликов, тем лучше. Никто никогда не дает советов впустую, обычно все комментарии очень дельные. Конечно, любому автору неприятно, когда его критикуют, но кино — это коллективное искусство, поэтому всегда нужно друг к другу прислушиваться.

Представьте, что вы домохозяйка, вам 40 лет. Что бы вы хотели увидеть в кино?

К сожалению, желание найти собственный голос часто оборачивается другой стороной: нам хочется сделать все тоньше, интеллигентнее. А на самом деле, как говорит Сережа Члиянц: «Кино — вещь брутальная». Чем понятнее мысль, тем лучше. Поэтому сценарий в нашей работе — это, однозначно, 50 % успеха. Если что-то в сценарии плохо, то дальше будет только хуже, лучше не станет.

CL: Какой из проектов был для вас самым интересным и дал больше всего опыта?

НК: Первый проект, который я сама делала от начала до конца, — романтическая комедия «В ожидании чуда». Я только что отучилась на ВКСР, когда мой однокурсник Женя Бедарев принес мне интересный сценарий. Уговорила продюсера Сергея Грибкова взяться за его производство, он уговорил «ХХ век Фокс», и мы сделали этот проект. Общение с супервайзерами от «ХХ век Фокс», конечно, многое нам дало. Они практически всегда были на площадке и контролировали все: начиная с календарно-постановочного плана, заканчивая творческими решениями. Мы обсуждали сценарий с вице-президентом «Фокса». Это уже довольно пожилой, но очень энергичный и очень умный человек. Однажды он мне сказал: «Наталия, представьте, что вы домохозяйка, вам 40 лет, у вас двое детей. С утра до вечера вы занимаетесь домашними делами. И каждый ваш день похож на предыдущий. И только раз в месяц у вас есть возможность сходить в кино. Что бы вы хотели там увидеть?» Он говорил, что в сценарии должна быть сказка, мечта. Что-то, чего нет в жизни и о чем хочется мечтать. На мой взгляд, «мечта» — ключевое понятие для кино.