«Сегодня к привычному образу Золушки добавляется «Калашников» и пост президента банка»

15 Март 2013
«Сегодня к привычному образу Золушки добавляется «Калашников» и пост президента банка»

Главный продюсер компании АМЕДИА, член Академии Российского телевидения Наталия Шнейдерова в интервью CINEMOTION рассказала о том, что может привнести женщина в работу творческого коллектива, на какие специальности в АМЕДИА стараются приглашать только мужчин и с каких отечественных продюсеров стоит брать пример.

Cinemotion: Как Вам кажется, что может привнести женщина в работу творческого коллектива?

Наталия Шнейдерова: Во-первых, бутерброды. Во-вторых, уют и тепло. А в продюсировании телесериалов — легкую истерику, правильный выбор носков у главного героя и коллективное обсуждение новой любовницы оператора. Что касается отличительных черт, мужики лучше шутят, а женщины — громче плачут.

C: Опираетесь ли Вы на гендерный признак при выборе творческой команды для работы на проекте?

НШ: Опираемся, но осторожно. Прежде всего, мы обращаем внимание на профессиональные и человеческие качества, и только в последнюю очередь — на гендерные особенности кандидата. Хотя есть творческая специальность, на которую мы стараемся не приглашать женщин. Это режиссер-постановщик. На наш взгляд, это единственная сугубо мужская профессия. Таких режиссеров, как Татьяна Лиознова, Светлана Дружинина, Алла Сурикова, к сожалению, единицы. В этой связи, в «АМЕДИА» режиссеры — только мужчины, правда, делают они чаще всего то, что им говорят актрисы…

C: Есть ли в кинематографе типично мужские и женские темы? Разработку каких идей Вы никогда не поручите сценаристу-женщине?

НШ: Не секрет, что женщинам-сценаристам лучше удаются драматические и романтические истории, а мужчинам — боевики и триллеры. Единственный жанр сериала, в котором мужчины искусней, это комедия. Вот тут по качеству и остроте юмора женщинам тяжело тягаться.

C: Как Вам кажется, изменились ли наиболее часто эксплуатируемые женские образы за последнее время? Если да, то в какую сторону?

НШ: Посмотрите фильм «Убить Билла — 2» и ответ станет очевидным. К привычному образу Золушки добавляется «Калашников» и пост президента банка. Мы идем навстречу мужчинам, мужчины идут навстречу нам. Хорошо это или плохо — большой философский вопрос…

C: Как отличаются референсы на героя/героиню в зависимости от канала-заказчика? Есть ли различия в том, какой должна быть главная героиня сериала для «Первого канала», «России» и других телеканалов?

НШ: Это обусловлено аудиторией канала, временем выхода сериала в эфир, конкурентной средой. Понятно, что для СТС странно разрабатывать проект, где главная героиня — 65-летняя женщина-детектив, при условии, что она не Оззи Озборн. Важны и личные пристрастия: кто-то любит блондинок, а кто-то — брюнеток. Сейчас каналы достаточно четко формулируют задачу потому или иному герою, теме и формату проекта. Но продюсер не должен забывать об экспериментах, и попытка слома стереотипа может дать неожиданный результат.

C: Как Вам кажется, почему обычно в фильмах героев-мужчин существенно больше, чем героинь-женщин?

НШ: Мужчин в жизни меньше, тем более настоящих. А в сказку верить женщины никогда не перестанут.

C: Руководство «Амедиа» говорило о планах съемок полного метра «Закрытой школы». При этом уже созданы игры и книги на основе телесериала. Как создать успешный проект, который можно реализовать на нескольких платформах?

НШ: Художественный фильм «Закрытая школа» — это уже не план, а факт. Сейчас над сценарием работают режиссер-постановщик Олег Асадулин вместе с отличной командой авторов. Мы очень надеемся зайти в съемки в начале 2014 года. Формулы успеха нет, как не раз повторял на своих лекциях мистер Макки. (Еще раз отдельное спасибо CINEMOTION за то, что удалось привезти гуру в Москву). Но есть критерии, на которые надо особенно обращать внимание при создании сериала. Это, прежде всего, драматургия, т.е. четкая сюжетная структура истории, режиссура и химия, которая возникает между главными героями еще на этапе кастинга. И тогда у вас есть все шансы на удачу.

C: Чем отличается работа над проектом по заказу канала от работы над проектом, когда договоренностей с каналом еще нет? И запускаете ли Вы проекты, когда еще неясно, какой канал приобретет права на его показ?

НШ: Отличие в количестве нулей. Везде есть свои плюсы и минусы. Когда нет контракта на разработку или производство проекта, продюсеры более свободны в выборе темы, персонажей и стилистики. Договоренность с телеканалом нас организовывает и ставит в четкие рамки, как бюджетные, так и производственные. И, конечно, снижает финансовые риски продюсерской компании. Но другая проблема наличия контракта — это срочный выход в эфир через месяц, хотя материал еще не отснят. В такой ситуации мы начинаем уплотнять все этапы создания проекта, что негативно сказывается на сценарии. А отказать мы не в силах, как продюсеры, жадные… до работы.

C: Многие продюсеры утверждают, что в телевизионных форматах и в России, и на Западе не происходит революционных вещей. Разделяете ли Вы это мнение? Как вам кажется, насколько сегодня на российском телевидении можно рисковать и запускать экспериментальные проекты?

НШ: К огромному сожалению, нам далеко до наших иностранных коллег. И дело не только в смелости теленачальников и колоссальных бюджетах (хотя не без этого). Главная тенденция состоит в том, что лучшие продюсеры, режиссеры, сценаристы и актеры в США не стыдятся участвовать в проектах для телевидения, как это происходит у нас. Они видят в этом новую площадку для экспериментов, да еще и с огромной по охвату аудиторией. Посмотрите титры последних американских сериалов «Хорошая жена» (Ридли Скотт) или «Подпольная империя» (Мартин Скорсезе). Специально произношу слово «СЕРИАЛ», не «художественный телевизионный фильм» или «телепроект», как стыдливо говорят многие российские кинематографисты. Нам есть к чему стремиться, чему учиться и главное прекратить стесняться.

C: Какие темы, какие герои, на Ваш взгляд, сегодня незаслуженно обходят внимание кино- и телепроизводители?

НШ: Незаслуженно забыты доярка и пастух, но мы с коллегами работаем над этими героями нашего времени и острыми темами.

C: Как Вам кажется, насколько наши каналы умеют работать с контентом — правильно продвигать, программировать? Кто обычно виноват в неудаче сериала — канал или продакшн?

НШ: Естественно, всегда хочется оправдать себя и найти проблему в том, что наш проект поставили не в тот слот или сделали не удачную промо-кампанию. Тем более в прошлом мы сами программисты и пиарщики, проработавшие на телеканалах не один год. Но мы стараемся быть самокритичными и искать проблемы в самом проекте, а не в ошибках программирования. Пытаемся на трезвую голову, не сразу после вечеринки по случаю премьеры, проанализировать, что упустили, не придумали и не дожали…

C: По статистике, только 25 % успешных продюсеров — женщины. Как Вы думаете, с чем это связано?

НШ: Мужчины не умеют рожать. Для большинства женщин успех выражается в благополучии семьи, а не в карьерном росте. В нашей профессии телепродюсера чтобы добиться больших результатов, ты должен посвятить себя и все свое время делу: придумке, продаже, разработке и производству проектов. Это должно занимать тебя полностью и тогда будет результат. Если же вы спросите меня, каким проектом я больше всего горжусь и какое звание больше всего ценю в жизни, то я отвечу не задумываясь: проект — «cын и еще, сын» и звание — «сумасшедшая мамаша».

C: На Ваш взгляд, какими качествами должен обладать профессиональный телепродюсер?

НШ: Самоиронией, умением работать в команде, смотреть на мир открытыми глазами и быть влюбленным в профессию. И еще одно очень важное качество, почти утерянное юными продюсерами, это эрудиция. Есть чему поучиться у таких гигантов, как Константин Эрнст, Игорь Толстунов, Александр Роднянский, Сергей Сельянов и, конечно, мой любимый шеф и учитель Александр Акопов.

Комментировать



ВАКАНСИИ ИНДУСТРИИ: