Как снять полнометражный фильм без государственной поддержки: режиссер Фёдор Константинович и продюсер Кирилл Алёхин о комедии «Добрый вечер»

18 Июль 2016
Как снять полнометражный фильм без государственной поддержки: режиссер Фёдор Константинович и продюсер Кирилл Алёхин о комедии «Добрый вечер»

В июле закончились съемки черной комедии «Добрый вечер». Для режиссера Фёдора Константиновича и продюсеров Кирилла Алёхина и Дмитрия Шарова эта картина станет дебютом в полном метре. До этого Алёхин и Шаров занимались коротким: одна из их самых успешных работ — короткометражка «Петух» (режиссер — Алексей Нужный, сценаристы — Алексей Нужный и Николай Куликов).

Мы побывали на съемочной площадке картины и выяснили, как запустить проект без господдержки и что представляет собой процесс с продюсерской и режиссерской точек зрения.

О сценарии

Кирилл Алёхин: «В США независимое кино — большая индустрия со своими фестивалями, телеканалами и параллельным прокатом. В России — песочница, в которой возятся человек, наверное, триста. Все знакомы, ходят на одни питчинги и показы, друг за другом следят и понемногу помогают. Денег обычно нет. Зато есть камеры, какой-то опыт или свободное время — и этого достаточно, чтобы снимать.

В апреле мне позвонила Даша Гладышева из киношколы имени МагГаффина: „Есть один режиссер. Через месяц мотор, а продюсеров не нашел“. Назавтра режиссер сидел в нашем офисе. Бородатый, крепкий, из-под футболки лезут тату. Такой очень конкретный. Рассказал о комедии, которую сам написал, сам запустил и сам же придумал название — „Добрый вечер“. Стало понятно, что радикально вмешиваться в картину уже поздно. Переделать сценарий, скорректировать кастинг или поменять слова на афише (название намертво вмонтировано в диалоги) мы бы уже не успели. Зато купились на самого Фёдора. У меня есть примерно тысяча знакомых с грандиозными идеями фильмов, которые они обязательно снимут. Когда? Ну, когда-нибудь. После отпуска, как только подкопят денег или когда разрулят семейные дела. Редко встречаешь режиссера по-настоящему целеустремленного. Не просто художника, а — пацана. Сказал, что снимет — значит, сделает.

Тем не менее, я нервничал. Сценарий был написан не „американкой“, а сразу режиссерский. Фильм устроен как пластинка, на которую раз за разом ставят иглу — и одни и те же сцены и реплики почему-то складываются в новую песенку».

Фёдор Константинович: «Сценарий можно написать дней за пять — в зависимости от того, насколько быстро ты набираешь текст. Другой вопрос, сколько ты шел к этим пяти дням. Сценаристы — они, конечно, проклятые люди. Как выбраться из хаоса идей и превратить хотя бы одну в фильм? Какой сценарий хороший, а какой — не годится?

Нет точных инструкций, как написать гениальный сценарий и продать его за миллион долларов, как наладить механизмы драматургии — все это брехня для наивных школьников. Законы, возможно, существуют, а возможно — нет. Литература развивается несколько тысяч лет, а кино — всего сто. Она как маленький ребенок, про которого мы мало что знаем. Поэтому схемы, которые подсмотрены в смежных отраслях — театре, литературе, — могут не работать.

Я так думаю: если фильм снят, значит, сценарий был хороший. 99% сценариев умирают на питчингах, в столах, ВГИКовских архивах и прочих неприятных местах. Те, которые все-таки экранизированы, и есть хорошие. Другой вопрос, что фильм может быть так себе, но тут уже дело не в сценарии, а в исполнении».

Кирилл Алёхин: «Мы спросили Фёдора, чем можем помочь. Оказалось, что не хватает ресурсов: Фёдор хотел запускаться по принципу „будут бить — будет плакать“. Еще он не представлял, что делать с фильмом дальше. Окей, как-нибудь снимет. Но как, кому, где будет показывать? Мы сразу стали разрабатывать маркетинговую стратегию. О чем кино, куда, для кого.

Это очень поджарый проект. Производственный бюджет „Доброго вечера“ — 4,5 миллиона рублей, в триста раз дешевле „Викинга“. Из них половина — личные средства Фёдора, которые он заработал вторым режиссером на других площадках.

Фёдор снял тесты с актерами. Для себя — и для нас: показать, как он все видит. Сценарий начал восприниматься по-новому. Когда режиссер визуализирует, что на самом деле происходит на этих печатных страницах, ты хоть немного врубаешься. Мы пожали руки и немедленно запустились».

 

О подготовке

Кирилл Алёхин: «Снимать — самое легкое. Для продюсера. На съемках от тебя не зависит вообще ничего — ну, может, разберешься с форс-мажором. Вся настоящая работа идет на этапе подготовки или показа».

Фёдор Константинович: «Подготовка, безусловно, важна — и я говорю не про творческий поиск или творческий хаос, а о глобальной организации. Надо построить декорации, понять, кто во сколько приезжает — вся эта логистика является частью кино.

Всю свою сознательную жизнь я работал в кино, поэтому прекрасно понимаю механизмы и нюансы. Самое важное на съемочной площадке — удобный туалет. С доступа к нему я начинаю придумывать фильм. Иначе человеку будет глубоко наплевать на гениальные сценарные ходы. В остальном организация не вызывает у меня вопросов».

 

О жанре фильма

Кирилл Алёхин: «Добрый вечер— черная комедия, но без лишней жести. Мы даже называем ее черно-белой. Дистрибьюторы этот жанр не любят, он вроде как не народный, но с нашим производственным бюджетом и не надо выходить на тысяче экранов: фильм окупится за счет региональных продаж и VoD.

Почти все действие происходит в придорожном отеле: четыре постояльца, четыре новеллы с оригинальной сценарной структурой. В каждой новелле режиссер экспериментирует со стилями съемки — от длинных кадров до сверхдинамичного клипового монтажа. Фильм получился не томным, очень зрительским: камера свободно перелетает из номера в номер, есть классный внутрикадровый монтаж».

 

О съемочной группе

Фёдор Константинович: «Над фильмом работают десятки людей, поэтому авторство как таковое немного стирается. Все члены группы по сути — соавторы. Не только оператор и композитор, но еще и художник-постановщик, ассистент по реквизиту и другие. Каждый кадр они создают вместе.

В сборе команды мне помог опыт короткометражных фильмов. Я их сделал пять штук с единственной целью: научиться взаимодействовать с группой. Большинство тех, кто снимает „Добрый вечер“, работали со мной на короткометражных проектах. Даже если я не знал конкретных людей, я, благодаря своему опыту, знал, как их выбирать».

 

О декорации и гостиничной магии

Фёдор Константинович: «Декорация простая: коридор и несколько комнат отеля. Строили ее пятнадцать дней. Придумали тоже быстро. Мы с художником-постановщиком пришли в павильон и мелом на полу, как в „Догвилле“, нарисовали коридор и комнаты. И на них поставили стены. В отеле происходит 60% всех событий.

Есть замечательный советский фильм — „Без свидетелей“ Никиты Михалкова. В нем все действие разворачивается в двухкомнатной квартире. Стены, свеча и бутыль на столе, Михаил Ульянов и Ирина Купченко — а все вместе это, по моему скромному мнению, лучший фильм Никиты Сергеевича.

Кино — это не только интерьеры, экстерьер и свет за окном. Кино — это магия. Каждый раз, когда ты путешествуешь за границей и останавливаешься в отеле, тебя встречает волшебная обстановка и непривычные бытовые обстоятельства. Ты свободен от своих вещей, ты в новом городе, в новой стране, на каком-то фестивале, за стеной — незнакомые люди, что-то происходит в коридоре. Отель полон самых веселых ситуаций, и это придумал не я: это одна из самых используемых локаций в кинематографе».

 

О работе в ограниченном пространстве

Фёдор Константинович: «Открытый пейзаж — это не самое главное в кино. Безусловно, приятно смотреть на красивые картинки, но сейчас их легко найти в любом поисковике или погуляв по торговому комплексу. Кино работает по-другому: не вширь, а вглубь, влево и вправо. Понятно, что если действие ограничить одной комнатой, то получится „Зеленый слоник“, но коридор и две комнаты — это уже очень много.

У нас есть и проезды и пролеты. Наша история по сравнению с „Без свидетелей“ гораздо свободнее. У меня нет ощущения замкнутого пространства, но есть — ощущение бесконечного».

 

О цели режиссера

Кирилл Алёхин: «Мы едва поздоровались, еще чай не остыл, как я задал Фёдору два главных вопроса: „Зачем тебе этот фильм?“ и „Хочешь ли ты вернуть вложенные деньги?“ Это важно, потому что выпускники киношкол часто снимают за свой счет „в стол“, чтобы попрактиковаться. Мне же хотелось, чтобы фильм смотрели. Когда мы нашли взаимопонимание (то есть минут через пять), стало ясно, что мы сработаемся. Фёдор фактически сказал: „Я сниму кино с вами или без вас, но с вами получится лучше“.

Я видел режиссеров-перфекционистов, в том числе перфекционистов без причины. Типа: „Все отлично. Давайте еще пару дублей?“ Фёдор знает, что ему нужно, и часто контролирует оператора: „Стоп. Снято. Я все увидел, работаем дальше“. Он сам себе напоминает, что фильм должен быть готов к осени».

 

О будущем проекта

Кирилл Алёхин: «Нет больших рисков, хотя плана собрать миллиард бокс-офиса тоже нет. Все мы вложились в съемки — я отдал деньги, отложенные на роды дочери, — потому что хотим преодолеть предубеждение к российскому и фестивальному кино.

Отправим „Добрый вечер“ на фестивали. Потом в ограниченный прокат и на международные рынки. Уже пробуем делать пресейлы: показываем тизер, собираем обратную связь. На мой взгляд, такой путь — основной для молодых авторов, которые пока не могут получить государственную поддержку.

Полный метр после коротких — это как университет после школы. Надо многому учиться с нуля.

Я смотрел материал с плэйбека и думал: „Окей. Не отчислят“».

Комментировать



ВАКАНСИИ ИНДУСТРИИ: