Интервью "Go Into The Story": Скотт Дерриксон

21 Июнь 2018
Интервью
Интервью Скотта Майерса с соавтором и режиссером фильма «Доктор Стрэндж», а также создателем таких хорроров как «Шесть демонов Эмили Роуз» и «Синистер». Скотт Дерриксон о том, как детство подтолкнуло его к созданию хорроров, о своих источниках вдохновения и о любимых качествах Доктора Стрэнджа.

Скотт Майерс: Вы выросли в Колорадо. Как бы вы описали свое детство, свою жизнь с семьей?
 
Скотт Дерриксон: Пока я учился в начальной и средней школе, мы жили в районе для рабочего класса. Там была смесь мексиканцев и белых, но я не могу сказать, что национальная ситуация была напряженной.
 
Там жило много детей. В основном, мальчиков. Я был самым младшим. Я как-то подсчитал - в моем квартале было 18 мальчиков, и из всех я был младшим. Так что надо мной издевались, я постоянно чувствовал страх (смеется).
Я был странным ребенком, попавшим во враждебную среду.
 В то время все прибегали к физическому насилию - драки происходили постоянно. Но тогда это было не так, как сейчас - не было оружия, банд и всего такого.
 
Когда вы говорите "страх", я вспоминаю, что где-то читал, будто вы считаете одноименный фильм одним из самых сильных хорроров о преодолении страха.
 
Да, я много о нем говорил. Несомненно, преобладающим чувством моего детства был страх. В таких ситуациях люди тратят всю свою дальнейшую жизнь, пытаясь справиться с прошлым. Страх стал результатом жизни в моем районе, жизни в моей семье, определенных событий и моей собственной эмоциональности. И я думаю, что изначально я был втянут в религию в старшей школе - христианский фундаментализм -  искал способ справиться со всем тем страхом, который я ощущал.

В итоге, страх стал тем препятствием, которое я пытался преодолеть на протяжении всей своей последующей жизни.
Об этом свидетельствуют мои работы. Это точно повлияло на то, что в итоге я выбрал жанр хоррора.
Страх и противостояние страху всегда было главным делом моей жизни.
 
Можно сказать, что ваш интерес к режиссерской карьере был вызван вашей страстью к кино? И тем, что вы хотели не просто смотреть фильмы, пропускать их через себя, но также создавать их и делиться с людьми этой волшебной мистической силой, которая действует на зрителей?
 
Именно так и случилось. Я могу назвать три фильма, которые сильнее всего повлияли на мое решение стать режиссером. Это важно. Это сериал, голливудский хит и один европейский фильм.
Впервые я начал задумываться о карьере режиссера и вообще о том, что люди занимаются созданием фильма, - сразу после того, как мой отец принес в дом наш первый видеопроигрыватель. Я помню, как записывал на кассету первый фильм Майкла Манна - телефильм "Миля Джерико" с Питером Штрауссом в главной роли. Кажется, в том году он выиграл несколько Эмми. Это было где-то в конце 70-х, может в начале 80-х.
 
Он мне так нравился. Это был первый фильм, который я мог пересматривать. Я смотрел его каждый день. Пересматривал и пересматривал. Десятки раз. Я пристрастился к возможности неоднократно пересматривать один и тот же фильм.
 
Это был очень манновский фильм. Когда я встретился с ним, я рассказал ему эту историю о своей одержимости. Он сказал, что снял этот фильм за 16 дней на территории реальной тюрьмы, часто используя настоящих заключенных в сценах с диалогами. Этот фильм - история о человеке, который является бегуном олимпийского‑  уровня, но отбывает пожизненное заключение. Манн объединил песню The Rolling Stones -  Sympathy for the Devil  с великолепными сценами в замедленном действии. Это настоящий кинематограф.
 
Я помню, что во время просмотра на меня будто снизошло озарение - я думал: "Кто-то сделал это. Кто-то взял эту песню и совместил ее с этой картинкой. Вот почему это так здорово. Было бы классно быть тем парнем?" (смеется)
 
Затем, десять лет назад, когда я учился в старшей школе, вышел фильм "Лучший стрелок". Я пошел на него в кино с лучшим другом. Это было в Денвере, кинотеатр "Century 2", бульвар Колорадо. Я помню звук THX - будто самолеты пролетали мимо меня, от задней части кинозала к передней.  От стены до знака "выход". Я помню, как на протяжении всего фильма думал о том, что кто-то соединил все кусочки воедино. Кто-то был создателем того, что вызывало во мне все эти чувства. Это было так мощно. Особенно для того времени фильм был очень изысканным. Никто до этого не делал ничего подобного.
Потом, я помню, как мы шли с моим другом по парковке кинотеатра. Он спросил: "Ну? Что думаешь?". Я ответил ему: "Думаю, я знаю, чем я хочу зарабатывать на жизнь" (смеется)Годы спустя, когда мне посчастливилось работать с Джерри Брукхаймером, я рассказал ему эту историю. Ему было приятно.
 
Первый фильм, который окончательно убедил меня в решении стать режиссером, я посмотрел, будучи на первом курсе. Наш преподаватель показал нам фильм Феллини "8½". Он был таким трудным и сюрреалистичным.  К концу фильма у меня случилась паническая атака, и мне пришлось выбежать из кабинета. Но когда я успокоился и пересмотрел его, я понял, что кинематограф - это больше, чем я даже мог себе представить. Фильмы способны на все. Думаю, именно этот фильм и стал решающим фактором.
 
Вот ваша цитата из другого интервью: "Для тех, кто серьезно относится к кино, важно помнить, что нельзя ограничиваться только оптимистичными и счастливыми фильмами. Вы должны быть готовы позволить кинематографу перенести вас к чему-то темному, чтобы у вас появился шанс научиться в полной мере использовать эту тьму". И, я думаю, вы подразумевали работу режиссера фильма ужасов, когда говорили "Суть не в том, чтобы привносить что-то злое в мир. А в том, чтобы видеть существующее зло. Нам не нужно большее зло в мире. Мы нуждаемся в его осознании". Это звучит так, будто вы считаете, что в фильмах ужасов есть какая-то педагогическая ценность. Что они созданы для того, чтобы учить людей справляться с чем-то плохим.
 
Да, я думаю, что это и есть фундаментальная моральная ценность этого жанра. Эту роль искусство жанра ужасов играло на протяжении всей истории человечества, особенно в своем религиозном проявлении. Я имею в виду эти ужасающие картины того, как зло развращает, и к чему оно приводит.
Я помню, как однажды, гуляя по музею "Прадо" в Мадриде, я подумал: "Боже, это же просто несколько этажей с изображениями кошмарных страданий, пыток и смерти". Истоки всего этого уходят на несколько веков назад, в историю католической культуры.
 
И очень поверхностно мнение о том, что все это было создано исключительно ради того, чтобы запугивать людей и заставлять их верить в Бога, чтобы избежать ада. Конечно, отчасти это правда, но по большей части - это просто честное отражение того зла, которое существует в мире. Классические католические художественные произведения отлично справляются с этим.
 
С учетом этого факта, интересно, что кинематограф появился во время упадка значения религии, в эпоху этатизма.
 
Неожиданно власть папства и других теократий сместилась кровавой властью идеологий Гитлера, Сталина и Мао. И в разгар этих жестоких мировых диктатур, фильмы ужасов стали нести в себе нравственный посыл.
 
Какие-то вещи были страшными просто для того, чтобы быть страшными. Несомненно, в классических фильмах ужасов раскрывалась двойственность человека: "Дракула", "Доктор Джекилл и мистер Хайд", "Человек-Волк". Конечно, были хорроры и на тему "красной угрозы": "Капля" и "Вторжение похитителей тел".
 
И, мне кажется, что все слэшеры эпохи эксплуатации ужаса, на которых я вырос, всегда имели моральную коннотацию на тему сексуальности. Правда, многие из них были лишены какой-либо художественной ценности.
 
И сейчас, в нашу эпоху, я считаю очень интересным то, как люди глубже подходят к поиску отражения идеологий и идей психологии и философии в жанре фильма ужасов.
 
Фильмы ужасов могут нести серьезный смысл, касательно зла в мире, в природе человека и в условиях его жизни. Они могут достигать наших скрытых страхов так, как, по моему мнению, этого не может сделать литература того жанра. По крайней мере, по моему опыту.
 
Я уверен, что фильмы ужасов служат исключительно целям добра.
 
Теперь, я думаю, пора поговорить о некоторых ваших фильмах. Я хочу обратиться конкретно к трем из тех, в которых вы выступили в качестве режиссера. Давайте начнем с фильма "Шесть демонов Эмили Роуз" 2005 года. В нем принимают участие такие замечательные актеры как Лаура Линни, Том Уилкинсон, Кэмпбелл Скотт, Дженнифер Карпентер.
 
Краткое описание сюжета с сайта IMDb: "Адвокат берет на себя вину за причинение смерти по неосторожности в деле о священнике, исполнившем обряд экзорцизма над молодой девушкой".  Эта история основана на реальных событиях, связанных с Аннелизой Михель, если я правильно произношу это имя‑ ...
 
Скотт Дерриксон: Да, так.
Скотт Майерс:  ...происходящих в Германии 70-х. Когда вы впервые узнали об этой истории?
 
Все началось со сценария к фильму "Избави нас от лукавого" 2014 года, который я сделал для Джерри Брукхаймера. Работа над ним, кажется, началась еще в 2004 году. Я был обычным писателем. Тогда я не был режиссером проекта.
 
Когда я искал информацию к тому сценарию, я наткнулся на уже ‑ вышедшую из печати‑  книгу, который был доступен только в резервном хранилище публичной библиотеки Лос-Анджелеса. Больше я нигде не смог найти ни одной копии. Она называлась "Экзорцизм Аннелизы Михель" и была написана антропологом. Очень интересный взгляд на события, произошедшие в Баварии 70-х. Никто не знал об этой истории. Я никогда до этого о ней не слышал. Когда я прочитал эту книгу, я подумал, что это лучшая идея для фильма, которая мне когда-либо попадалась.
 
В то время автор был еще жив. Я купил книгу лично у нее за 100 долларов. Она была поражена тем, что я ее нашел. Я думаю, никто даже не вспоминал о ней за последние 30 лет. Она прислала мне все 43 оригинальные кассеты с записями экзорцизма и множество фотографий священников, участвующих в деле.
 
Сейчас некоторые из них можно найти онлайн. Мне было так страшно. От того, что я видел на кассетах, ужас пробирал до костей. Но в то же время это было невыносимо трагично. Смешанные чувства, которые я испытал, в конечном счете подтолкнули меня к созданию фильма. Я пытался найти здравый смысл в этой истории. Не было ни одной точки зрения, благодаря которой можно было бы осознать, как такое возможно.
 
Я смотрел на эту историю как религиозный человек, но это не помогало. Я рассматривал ее с чисто медицинской точки зрения, как на психологическую трагедию. Но все равно не получалось. Не существует простого способа понять и осознать то, что случилось на самом деле. Вот почему я решил, что это стоит того - эта история поднимала для меня множество важных вопросов.
 
У главных героев всех трех фильмов - "Шесть демонов Эмили Роуз", "Синистер" и "Доктор Стрэндж" - можно проследить похожее личностное развитие. Они расширяют границы своей вселенной от рационального, реалистичного или материалистичного до чего-то более таинственного и неизведанного. Они открываются новым возможностям.
 
Это напомнило мне стих из Евангелия: "имеющий  уши  -  пусть слышит". Возможно, в какой-то мере это та идея, которая лежит в основе всех ваших фильмов: "Смотрите, откройте свои души и признайте, что Вселенная - место гораздо более мистическое, чем вы можете себе представить". Как вы считаете, это справедливое замечание?
 
Да, можно так сказать. Это у меня в генах. Учитывая мою религиозную активность в юности, классы старшей школы, проведенные в правилах строгого фундаментализма, и евангелистский колледж, я думаю, мне уже никуда не деться от желания делиться своей точкой зрения. Хотел бы я этого не делать.
 
Как режиссер, я считаю, что я не должен пытаться донести до зрителей то, что только по моему мнению кажется правильным для них. Кто я такой, чтобы считать, что моя вера, мои знания или мой опыт - это настолько важно и существенно, что миллионы людей, заплатившие за просмотр моего фильма, должны выслушивать мой взгляд на жизнь? Я хочу поделиться своим эмоциональным опытом, а не точкой зрения.
 
Я изо всех сил стараюсь творчески раскрыть смысл моих историй, а не пытаться выразить что-то. Я пытаюсь углубить свое собственное понимание тайны жизни и уважение к ней, я ценю ее и принимаю, потому что это обогащает мою собственную жизнь. И для меня режиссура - это не что иное, как путь к этому.
 
Давайте перейдем к фильму "Синистер". Фильм 2012 года, в котором вы выступили соавтором сценария и режиссером. Описание сюжета на сайте IMDb: "Автор детективов Эллисон Освальт находит коробку с видеозаписями, которые служат свидетельством того, что убийство, которое он изучает, связано с серийным убийцей, орудующим в 1960-х". Что вдохновило вас на создание этого фильма?
 
Источником вдохновения для этого фильма стала депрессии, страх и тревога, которые я испытывал в течение двух лет после того, как фильм "День, когда Земля остановилась" провалился в прокате. Это был крупнобюджетный студийный фильм, над которым было очень трудно работать. Тогда произошла забастовка сценаристов.
 
Я хорошо ладил со студией - это не было похоже на какую-то страшную ситуацию с боями. Дело было в том, что сценарий для этого фильма написал очень талантливый сценарист, которому никогда не выпадал тот самый шанс. По юридическим причинам (иск Боба и Харви Вайнштейна) я застрял на определенном этапе кинопроизводства, что совсем потерял уверенность в этом фильме. И это сказалось.
Так что после этого фильма на меня обрушилась тонна критики. Он имел мировой успех в прокате, но не домашний - а домашний важнее. Это действительно сказалось на моей карьере. Мне казалось, это конец. В течении двух лет мне предлагали работать только над второсортными фильмами и слабыми сиквелами. Если бы я брался за них, то окончательно бы лишился репутации.
 
Но потом Джейсон Блюм пришел ко мне с предложением. Это было до того, как Джейсон Блюм стал Джейсон Блюмом из Blumhouse Productions. Кажется, это было даже до выхода "Астрала". Он был большим поклонником Эмили Роуз. Он сказал: «Я даю тебе три миллиона долларов на создание фильма ужасов. За тобой остается право финального монтажа. Делай, что хочешь».
 
Я чувствовал, что это была возможность сделать что-то по-настоящему бескомпромиссное. Если это будет моим последним фильмом, то это будет по-настоящему моим фильмом - так я думал. Если мне суждено умереть от меча, то только от своего. Таким было мое отношение.
 
Поэтому, когда дело дошло до написания сценария к фильму "Синистер", я создал персонажа, который отражал все худшее, что было во мне в то время - все чувства, эмоции и страхи. Мои худшие стороны.
Я был Освальтом. Я очень тесно связан с ним. Я был честен с Итаном на этот счет, поэтому, как мне кажется, Итан сильно похож на меня в этом фильме. По своей инициативе он отрастил эспаньолку и буквально купил очки той же марки, что и у меня.
 
Но после провала фильма "День, когда Земля остановилась" я испытывал намного больше беспокойства, чем хотелось бы. Мне было стыдно за то, как я боялся за свою карьеру. Я ненавидел тот факт, что я так сильно не хотел терять свою репутацию. Я мог потерять свое финансовое положение. Я мог потерять свой статус успешности. Я столкнулся со своими страхами и тревогами по поводу собственной амбициозности. Отсюда идет все то, что я вложил в персонажа. 
 
Резко сменю тему и скажу, что "Доктор Стрэндж" - мой любимый фильм киновселенной Марвел. Я это говорю не просто так - мне очень понравилось, как грамотно в фильме отражается мистицизм, духовность и тому подобное. Но главное, что меня задело - это то, что у Стивена Стрэнджа нет ядерного реактора в груди. Его не кусал паук. У него нет врожденной суперсилы. Он просто несовершенный человек. Доктор Стрэндж стал таким, какой он есть, потому что он заглянул внутрь себя и нашел себя там. Это больше история путешествия героя, чем обычная супергеройская история. Как вы ее видите?
 
Да, я согласен. Во многом он гораздо более уязвим, чем любой другой супергерой. Он умрет от одного удара ножом. Для меня в "Докторе Стрэндже"‑  существует две главные вещи. Вторая - это упомрачительные визуальные эффекты и вдохновленный комиксами мистицизм.
Но первая - это личностный рост главного героя. Во время съемок на моем сценарии была написана цитата Фомы Кемпийского:
"Самая тяжелая борьба - это борьба с самим собой".
Как в комиксах, так и в фильме, Стрэндж не пытается одолеть злодея или собрать все свои силы для победы. На самом деле, он просто борется сам с собой. Поэтому для меня самым героическим моментом кажется тот, когда он принимает разумное, но самоотверженное решение. 
 
Да, как говорил Д. Кэмпбелл: "Герой - это тот, кто готов отдать себя чему-то большему, чем он сам".
 
Да, именно. В этом и есть смысл фильма.
 
 

Комментировать

Big Data и независимые режиссеры. Аналитика будущего.

Как заглянуть в мастерскую кино: вышла книга легендарного Сидни Люмета

В SimpleWine пройдут встречи с режиссёром и актёрами фильма «Кислота»





Читайте также:

В SimpleWine пройдут встречи с режиссёром и актёрами фильма «Кислота»

Big Data и независимые режиссеры. Аналитика будущего.

Нил Ландау: «Сериалы – это возможность убежать от действительности»

ВАКАНСИИ ИНДУСТРИИ: