Телевизионная драма: эпоха возрождения

15 Февраль 2013
Телевизионная драма: эпоха возрождения

Никогда еще телевизионная драма не переживала такого расцвета, как сейчас. Никогда прежде столько талантливых людей не работало над драматическими сериалами, и никогда на карту не были поставлены такие бюджеты.

В Америке стоимость производства телевизионной драмы для прайм-тайма составляет порядка $60 миллионов за 22 эпизода. Продажа прав на показ одного эпизода приносит производителям от $1,5 до 1,7 миллиона; от $700 тысяч до 1,5 миллионов стоят права на показ серии на международном рынке, порядка $24 миллионов компания зарабатывает на новых медиа и dvd. Те сериалы, которым получается продержаться в эфире от пяти лет или больше 100 эпизодов, получают дополнительные $8-10 миллионов в год.

По словам Брюса Розенблюма, президента Warner Brothers Television, телепроизводители «активно наслаждаются золотым веком телевидения, который открывает им новые финансовые и креативные возможности». Одним из главных изменений он называет начало эпохи новых медиа, где ключевые игрокирынка Netflix, Amazon, Hulu полны решимости занять место старых участников рынка — это дает производителям больше возможностей для дистрибуции.

Сегодня главная проблема производителя заключается в том, чтобы найти способ увеличить доходы в то время, когда традиционные каналы дистрибуции пока еще остаются стабильными, а новые только начинают развиваться. «Могу сказать, что цифровые способы дистрибуции контента как для нас, так и для наших конкурентов привлекательнее день ото дня». На самом деле, как замечает Розенблюм, сейчас в его компании не делают различий между старыми и новыми медиа — все они части одного рынка, как локального, так и международного. Прошлой оcенью Warner

Brothers и их партнер The CW, CBS Corporation заключили революционную и, как сообщалось, миллиардную сделку с Netflix о трансляции драматических сериалов на их каналах, включая свежие серии The Secret Circle, The Vampire Diaries и Gossip Girl. Другие правообладатели также стремятся извлечь максимальную выгоду в этом канале дистрибуции: Lionsgate, например, получает $800000 за один эпизод Mad Men, транслируемый Netflix. Конечно, не все драматические сериалы приносят такую прибыль. «Мы уже не можем довольствоваться историями про обычных врачей, юристов или полицейских», — говорит Роберт Гринблатт, руководитель подразделения NBC Entertainment в компании NBC Universal. «Мы должны быть открыты новым, необычным мирам, приковывающим внимание героям и свежим сюжетам. Да, драмы теперь более масштабные, более сложные и более дорогие, но они имеют на это право».

Но не все так просто. Немалая часть новых шоу любых форматов закрывается еще до того, как станет понятно, суждено им стать хитами или с треском провалиться. Конечно, проблемы с драмами начинают возникать задолго до того, как сериал выходит в эфир. Сети стремятся заказывать контент на партнерских студиях — порой они предпочитают покупать даже не слишком интересный контент у «своих», нежели искать что-то альтернативное на других студиях. Практически не возникает сомнений, что платные телеканалы (HBO и Showtime), а в последнее время и кабельные (AMC, TNT, FX и т.д.), завоевавшие свое место под солнцем рядом громких драм, стали использовать аналогичную практику. «Этот мир вертикально интегрирован — телесети покупают контент у партнерских студий, а недавно такая практика перекочевала и на кабельные каналы», — говорит Кевин Беггс, президент Lionsgate Television Group, — «теперь каждая кабельная сеть имеет своего дочернего производителя».

Когда шоу появляется в эфире, препятствия не заканчиваются — конкуренция очень высока — ведь помимо основных каналов, есть еще и вторичные рынки, и новые медиа. Деньги — это всегда проблема. И для того, чтобы зритель посмотрел хороший сериал по телевизору, продюсерам приходится преодолеть немало препон. «Прежде чем мы решаем заняться тем или иным проектом, каждое подразделение компании взвешивает все за и против», — говорит Сандра Стерн, руководитель Lionsgate Television, — «является ли этот проект чем-то, что может понравиться широкой аудитории, а потом быть продан на иностранные рынки и при этом получить прибыль за счет продажи dvd? И только когда мы приходим к консенсусу, мы запускаем шоу. И если не возникнет никаких форс-мажорных обстоятельств, если мы хорошо проработаем проект, мы выйдем на аудиторию, на которую мы рассчитываем. Конечно, иногда мы что-то упускаем, но это случается со всеми. Но у нас есть цель, к которой мы стремимся, и небольшие неприятности не сказываются на продвижении к ней». У продюсеров разные взгляды на то, что интересно зрителям, но все они сходятся во мнении, что главное — дать аудитории то, что интересует ее в реальной жизни. Нина Тасслер, президент CBS Entertainment, считает, что в американской драме фокус сместился на «героев, у которых жизнь бьет ключом, так как это не те, кто встречается зрителям в обычной жизни». Еще одна растущая тенденция — это трансляция на эфирных телеканалах проектов, разработанных для кабельного ТВ.

У Роберта Гринблатта, руко- водителя подразделения NBC Entertainment , есть подобный опыт — проект Smash, музыкальная драма о жизни бродвейского театра. Гринблатт начал работать над ним еще на Showtime, поэтому, когда стало известно, что проект пройдет на эфирном телеканале, а не на кабельном, пришлось внести в него некоторые изменения. «Мы сделали общую атмосферу сериала более светлой, а также попытались сгладить темные стороны героев». Чтобы привлечь более широкую коммерческую аудиторию, шоу сделали «менее острым, циничным и при этом менее интеллектуальным».

Отход голливудских студий от создания острых, вызывающих и провоцирующих фильмов стимулировало телепродюсеров обратиться к таким проектам. Неудивительно, что некоторые режиссеры, лишившись возможности снимать кино на интересные им темы, переметнулись на телевидение: Аарон Соркин пишет сценарий для «Newsroom», Джерри Брукхаймер продюсирует криминальный сериал Texas, Зои Дешанель снимается в «New girl», а Шарлотта Рэмплинг исполнит одну из главных ролей в сериале Dexter.

По словам Дэвида Цукера, продюсера Good wife, «каналы дистрибуции изменились, вкусы аудитории остаются эклектичными, а количество вещателей только растет». Это значит, что сегодня гораздо больше возможностей продать проект и получить на него финансирование. «Сериал про зомби The Walking Dead не смогли бы продать несколько лет назад», — объясняет разницу Цукер. Продюсер Тим Кринг, запустивший Touch c Кифером Сазерлендом на Fox,соглашается: «Сегодня зритель, смотрящий фильмы, уже не делает различий между кино и телевидением. Если проект смотрится дешево, он просто переключит на фильм с глянцевой картинкой на HBO. Конкуренция ужесточается день ото дня».

Правда, как говорит Кринг, на помощь приходит технология: бюджеты проектов так стремительно не растут, равно, как и съемочные графики. «Мы стали более эффективно работать на площадке», — объясняет Кринг. Он добавляет, что установка освещения уже не занимает столько времени, а визуальные эффекты, которые всего несколько лет назад делались три недели, теперь создаются специалистом за считанные часы на лэптопе.

Еще одна деталь, которую телепродюсеры позаимствовали у кинопродюсеров, это промоушн. По словам создателей, участие в телепроекте Touch Кифера Сазерленда автоматически делает его международным хитом. «Кифер бесспорно является международной звездой, поэтому он сыграл исключительную роль в продвижении проекта», — утверждает Кринг (этот проект Fox был показан на многих иностранных территориях).

Сегодня драма в почете не только у американцев. Достаточно вспомнить британскую историческую драму Downton Abbey. По этому сериалу можно наглядно судить, как развивается производство и продвижение драмы по всему миру. Во-первых, ее производили — не умудренные опытом в создании драм профессионалы с BBC, а команда с ITV, известная своими сериалами про полицейских. Во-вторых, независимая продакшн-компания Carnival, которой принадлежит идея, на самом деле не так независима, ее владельцем является NBC Universal — это иллюстрирует еще один пример трансатлантического содружества, копродукции. По словам Гэрета Нима, управляющего директора Carnival и телеподразделения NBCU в Великобритании, Downton Abbey демонстрирует, что историческая драма в современной интерпретации может привлечь большую аудиторию, чем можно было бы ожидать.

«Когда сценарист Джулиан Феллоус еще только работал над проектом, мы уже думали, что перед нами что-то особенное. Хотя в целом идея была довольна простая — «историческая драма с элементами мелодрамы, где все действие происходит в одном месте», — говорит Ним. Бен Стефенсон, который отвечает за закупки драматических сериалов на BBC, считает, что за последнее время было снято множество ярчайших проектов, включая не только супереуспешную экранизацию «Шерлока Холмса», но и Call for Midwife, показавший феноменальные рейтинги. Британцы на этом не останавливаются: пьеса Тома Стоппарда адаптируется в Parade’s End Мэдокса Форда, режиссер Джэйн Кэмпион снимает загадочный Top of the lake, Эби Морган пишет Birdsong и The hour.

«Я считаю, что самые лучшие сценаристы, режиссеры и продюсеры сейчас именно на телевидении»,— говорит Стефенсон, — «и нет сомнений, что с каждым годом телевидение становится все амбициозней». В континентальной Европе наибольших успехов в производстве драм добились Дания и Германия. Датчане за последние 10 лет получили 4 международные Emmy за лучшие драмы, только британцы показали результат выше. Один из последних датских хитов The killing отлично прошел как в оригинальной версии, так и в адаптированной американцами.

Немецкий продюсер Ян Мойто, глава EOS, связывает успех немецких драм с тремя факторами: относительно качественным национальным телевидением, отсутствием большой разницы в восприятии зрителем фильмов и телепроектов, снобизма в отношении телевидения и тем фактом, что немецкая индустрия долгое время ориентировалась на американский рынок. Судя по некоторым проектам самого Мойто, он делает ставку на неочевидные способы сторителлинга. Один из примеров — амбициозный Generation War, рассказывающий о Второй мировой войне с точки зрения немецких солдат, или готовящийся к эфиру Munich’72 об убийстве израильских атлетов во время Олимпийских игр. Что касается бюджетов телефильмов, то сегодня они уже приближаются, а где-то и сравнялись с бюджетами средних европейских кинофильмов. На четырехчасовой минисериал Hinderburg: the last flight компания Мойто потратила $13 миллионов. Обычный часовой телефильм в среднем обходится компании в $3,5 миллиона. Цены на права показа этих фильмов не растут так быстро, как бюджеты фильма, но, как замечает Мойто, появляются новые каналы дистрибуции.

«Сегодня наблюдается возрождение интереса к высококлассной международной драме, и, несмотря на то, что на рынке много конкурирующих участников, успешные проекты приносят хорошие деньги». И хотя на сложном для телепроизводителей британском рынке цены на неанглоязычные проекты пока не так устойчивы, новые каналы дистрибуции показывают заинтересованность в контенте континентальной Европы.

Комментировать



Читайте также:

В сети появились официальные сценарии фильмов «Она» Пола Верховена, «Под покровом ночи» Тома Форда и «Джеки» Пабло Ларраина

Три способа показать темноту при помощи света

«Вся атмосфера и все цветовое решение в кадре должны подводить к актеру». Как снимали «Черную кошку»

ВАКАНСИИ ИНДУСТРИИ: